d7049da4     

Успенский Михаил - Там, Где Нас Нет



sf_fantasy sf_humor Михаил Успенский Там, где нас нет Красноярский писатель Михаил Успенский трижды становился обладателем премии «Золотой Остап». Одну из этих наград в номинации «за самую сметную книгу года» принес ему роман «Там, где нас нет».

От остроумной пародии до лихой забористости, от тонкой иронии до бесшабашного зубоскальства — юмор Михаила Успенского не знает границ и бьет без промаха. Каждая страница приключений славного витязя Жихаря — это повод для новой читательской улыбки или взрыва безудержного хохота. Раньше так смеялись лишь ТАМ, ГДЕ НАС НЕТ.
ru ru Сергей Соколов Renar renar@beep.ru ClearTXT, EditPad, FBTools 2002-09-26 BFD0DA0C-9774-4D1C-9C09-F8A0DB6333AA 1.1 v.1.1. by DimonRonD 20050326
— добавлена обложка;
— исправлена структура документа;
— добавлена аннотация;
— добавлена серия.
Там, где нас нет Азбука Москва 2000 5-267-00128-7 Михаил Успенский
Там, где нас нет
Читайте эту книгу в светлое время суток, иначе рискуете разбудить хохотом отшедших ко сну соседей за стенкой. Перед вами — то ли мастерская пародия на «фэнтезийные» романы, то ли отточенная «игра в бисер», от ли идущее от скоморошества лихое славянское зубоскальство.

А может, и все вместе — и что-то еще неопределимое, что только и делает человека талантливым. Итак.
«Вороны в тот день летели по небу не простые, а красные. Примета была самая дурная…»
Александр Бушков.ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
ГЛАВА ПЕРВАЯ
Рекомендуется сервировать стол одинаковыми приборами и посудой однообразного фасона и расцветок.
Книга о вкусной и здоровой пищеВороны в тот день летели по небу не простые, а красные.
Примета была самая дурная, да что с того: давненько уж не бывало в Многоборье добрых знамений. Если у кого в печи убегала из горшка каша, то непременно в сторону устья, к убытку; кошки даже в жару спали, спрятав голову под живот, — к морозам; вышедший ночью во двор по нужде обязательно видел молодой месяц с левой стороны.

У многих чесалась левая же ладонь, предвещая новые налоги. Мыши в домах до того обнаглели, что садились за стол вместе с хозяевами и нетерпеливо стучали ложками.

Повадился ходить со двора во двор крепкий таракан Атлантий — он безжалостно пенял людям, что не сметают крошек на пол, и возразить ему было нечего. В разгар зимы корова родила теленка, доподлинно похожего на бондаря Глузда. Бондаря, конечно, поучили до смерти так не делать, да что толку бить по хвостам?
Время от времени выходили из боров недобитые отшельники-неклюды, приговаривали так: вот, не слушались нас, то ли еще будет, захотели себе начальной власти, терпите нынче и не вякайте.
И не вякали: сами виноваты, крикнув себе князя.
Князь Жупел родился не от благородных пращуров, а вышел непосредственно из грязи. Дело было летом, как раз напротив постоялого двора старого Быни. Там посреди дороги вечно держалась лужа — ни у кого не доходили руки завалить ее песком и щебнем.

И в некоторый день что-то в луже оживилось, забулькало, а потом начало и пошевеливаться. На беду, в эти дни по дороге никто не промчался на коне сломя голову. «Шевелюга обыкновенная», — решил старый Быня, и нет бы ему шурануть пару раз вилами в грязь, так он еще лужу-то огородил веревкой и привязал к ней красные лоскутки.
Через какое-то время стало понятно, что это не просто шевелюга, коли можно различить у нее руки, ноги и даже голову. То и дело по луже пробегала мелкая рябь. К постоялому двору, обычно безлюдному, начал подтягиваться народ. Кое-кто утверждал, что это ночью чужой проезжий пьяный свалился с телеги, а теперь вот м



Назад