d7049da4     

Фальковский Илья - Жопец



Илья Фальковский
ЖОПЕЦ
Ф. Паковичу
Рассказ пациента:
Одна моя знакомая приставала ко мне, обнимала, целовала.
Тогда я сказал ей ласково: "Давай без антимоний, сразу же в
жопец." Она заплакала и убежала.
Другая настаивала: "Если ты когда-нибудь заведешь себе
постоянную девушку, то это обязательно буду я." " Если я
обзаведусь постоянной подругой, - задумчиво ответил я, - то
стану ее все время в жопец жучить..." Она обиделась и ушла.
Жена моего друга сообщила мне как-то: "Я видела во сне, что
мы будем вместе." "А было ли там что-нибудь насчет жопца?" -
живо поинтересовался я. Она тоже сильно расстроилась.
Так началась эта история, эта мука, эта болезнь. Постепенно
жопец затмил все. Когда-то давно, в детстве, я писал о своей
неизбывной тоске по мягким грудям женщины. Когда-то давно, в
детстве, я мечтал во снах о прекрасных глазах. Тогда я не знал,
да и не мог знать Этого. Только сейчас я догадался - все мои
видения, грезы, чувства, тексты, мечты были лишь набросками,
прелюдией к одной великой и вечной, ныне всецело захватившей
меня теме - теме Божественного Жопца. Как-то раз в кругу друзей
мой старый приятель сказал: "Чеченам этим, - так он сказал, - за
все их дела давно пора попец раскрокодилить." Это похожее,
приближающееся по смыслу, но все же не совсем точно, точнее,
совсем не верно, неправильно, данное им определение, эта
совершенная им подмена значения, так неприятно поразила меня,
покоробила, удивила, что я закричал: "Нет, нет, нельзя, нельзя
искажать смысл, корежить название, не попец вовсе никакой, а
жопец, жопец, жопец!" Друзья удивленно посмотрели на меня, и я,
затихнув, смутился и отворотил глаза в сторону. С тех пор в
компаниях я стал тих, задумчив, почти молчалив, на все заданные
мне вопросы отвечал немного- вернее, двухсложно, зато коротко и
ясно: "жопец". Изредка пытался поддержать беседу, кстати и
некстати, и тогда опять повторял дорогое мне слово - здесь с
трудом удержался, чтобы не написать - имя.. И лишь однажды, в
пьяном угаре, вышел из себя, "жопец" - возопил, заорал бешено,
нелепо взмахивая руками, вращая глазами, белками, зрачками,
еtcetera.
Одной, одной, но пламенною страстью я был гоним по жизни.
По улицам, по бульварам бродил в поисках Жопца. Прекрасного
Жопца. Приглядывался, ловил очертания взглядом, стремился
затеряться в толпе, раствориться в толчее рынка, сутолоке потока
и все искал, искал, так надеялся, но - тщетно.
В тот достопамятный день с утра я, как обычно, съел три
таблетки сиднокарба и шесть циклодола, немного покурил - голова
не болела, настроение было, как всегда, в это время, этой
осенней, этой унылой порой, романтическое, немного
сентиментальное, такая возвышенная грусть, нечто сравнимое - по
мнению моего соседа-алкоголика, мы с ним не раз сопоставляли
наши чувства, так вот, в это время мое состояние духа, как ни
странно, практически совпадало с его, а он уже успевал принять
грамм триста, не меньше, и впадал не то что в меланхолию, а - ,
мы, кстати, встречались на лестничной клетке, куда оба выходили
покурить, он - сигареты "Дымок", подаренные мной ему, щедро я
одарил его, пачек двадцать отдал, старых, завалившихся, я нашел
их в полиэтиленовом пакете под платяным шкафом в комнате сестры,
от кого-то достались, так сказать, в наследство, сложно понять
от кого, раньше народу в квартире бывало много - и своих и
посетителей, а сейчас почти никого, пустота, все куда-то
подевались, рассосались, может быть, произошла диффузия тел с
воздухом, а бы



Назад